ЛЕНА 2014 — год спустя (часть вторая)

СОСТАВ

Артур — экстремал ближнего радиуса, житель Майкопа, организатор и участник внедорожных соревнований на юге России. Его ареал обитания ограничивался российским Кавказом, а самым северным местом пребывания являлся Ростов-на-Дону, где он заканчивал консерваторию по специальности «скрипка». В плюсах: многолетний стаж коммерческого фотографа (свадьбы, дети, реклама и подобное), а также немалый экспедиционный опыт.

экспедиция ЛЕНА

В качестве штурмана и пилота, он успел побывать в различных передрягах — от холодных февральских ночёвок в горах Адыгеи, до опасных аварий с благополучным исходом. Кроме того, в положительное сальдо складывались опыт эксплуатации и полевого ремонта транспортных средств и, пожалуй, наиболее важное качество — умение готовить съедобные составы из минимального набора ингредиентов. Я мог забыть о фотографировании, а группа получала квалифицированного шеф-повара и завхоза.

экспедиция ЛЕНА

Существенным минусом кандидатуры Артура можно было бы считать отсутствие опыта протяжённых автономных маршрутов: он никогда не удалялся дальше полусотни километров от асфальта. Но, идеальных участников не бывает и, на тот момент, у меня хватало срочных задач, помимо анализа таких тонкостей. У всех когда-то не было опыта, дело наживное.

Сам он смотрел на вырисовывающиеся проблемы в таком же ключе. Идея, в целом, его захватила. Представьте себе взрослого мужика, отца троих детей, который никогда в жизни даже не летал на самолёте — и тут перед ним открывается перспектива увидеть Байкал и побывать в Заполярье… Примерно с декабря месяца, в наших разговорах не осталось других тем, кроме путешествия по Лене.

К концу 2013 года состав группы был определён, на 5/6. Из алданского маршрута шли трое, Артур стал четвёртым, пятого (Алексея) взяли «вслепую», по рекомендации Димы Олейника (далее Дмитрий Анатольевич, либо Дима). Его мнению, относительно оценки и характеристики кандидата, я [tooltip tiptext=”и, как показало время, не ошибся”]доверял безоговорочно[/tooltip].

экспедиция ЛЕНА

Вакантным оставалось место шестого участника. Требовался человек по-своему уникальный: готовый бросить дом и работу на полтора месяца, более-менее имеющий представление об управлении лодкой, технарь, здоровый физически и психологически. Время шло, кандидата не предвиделось и мы уже обсуждали, как будем идти впятером. И тут мне позвонил Артур…

Так в группе появился шестой участник и вопрос состава окончательно решился. С нами вызвался идти Дима Фриз (далее Дмитрий Романович, либо Фриз) — друг и однокашник Артура, тоже майкопчанин, тоже отец троих детей, в некотором роде уникум, как и ожидалось. Проблема заключалась только в деньгах, но мы пообещали ему, что дорога и еда будет оплачена и он приступил к сборам.

экспедиция ЛЕНА

Фриза и Артура, идеально дополняющих друг друга пилота и штурмана, я знал десять лет, достаточно близко, как мне казалось. Достаточно для того, чтобы воплотить в жизнь столь серьёзный проект, каким вырисовывалась экспедиция «ЛЕНА 2014». О маршруте и его реализации пойдёт речь ниже, а пока вернусь к составу.

Костяк группы — словосочетание устойчивое, но не особо осмысленное. В данном случае, уместно применить термин «инициативная группа». Костяк — люди, проверенные временем, невзгодами, пограничными ситуациями. Три человека, которые выбирали для прохождения трёх других, в нашем случае, сошлись почти случайно.

К положительным факторам следовало отнести мою относительную «схоженность» с Дмитрием Анатольевичем. Два десятка лет назад мы прошли пару непростых маршрутов по Крайнему Северу. В тот же период, Дима «хапнул горя» в походе выходного дня, где чудом остался жив, отделавшись ампутацией пальцев на ногах. Тогда он был старшеклассником, руководителя школьного туристического клуба собирались судить, но «спустили на тормозах». Меня в тех снегах, по случайности, не оказалось. С тех пор, я точно знал — Димка бывалый и «свет в конце тоннеля» видел.

мотор Tohatsu на лодке F450

В 2011 году мы снова встретились, случайно. Случайно я вспомнил, что где-то был телефон; случайно он ответил на мой звонок; случайно подгадал с отпуском и так всё и сошлось — Хандыга, Менкюле, Томпо

Через два года мы прокатились по Алдану и после финиша вопросов не осталось: даже вдвоём мы могли бы пройти любой маршрут, с проблемами, без бюджетов, «хоть птичкой, хоть рыбкой». Димка остался таким, каким я его запомнил 20 лет назад — спокойным, расчетливым, знающим меру во всём.

экспедиция ЛЕНА

Про нас двоих я бы не сомневаясь написал — костяк. Но, третьим был Андрей, наш земляк, мой однокашник, человек из другого мира.  Типичный «красный директор», живое воплощение премьера Черномырдина в новом веке, несущий с собой, наперевес, «позитивный менеджмент» и «10 правил успешного бизнеса».

экспедиция ЛЕНА

Тысячу раз повторял и продолжаю повторять, успокаивая сам себя — бес попутал. Но, такова человеческая природа…

Череда совпадений, предопределённость, неизбежность: вот это всё заканчивается тем, что мы находим друг друга в 2006 году. Через пять лет идём на сплав по Томпо, в режиме «шашлыкинга»; ещё через три года прокатываем Алдан, пытаясь притереться для более важных дел. Попытка выходит неудачной. После Алдана я, глядя в кривое зеркало реальности, клянусь: ни в какие приключения больше, с преуспевающими топ-менеджерами, никогда…

Проходит время, реальность становится прошлым, зеркало выпрямляется. Возможность первопрохождения, уникальный замысел, появление в группе двух майкопчан — всё это работает на мечту. Скептицизма всё меньше и огромная река начинает сниться.

экспедиция ЛЕНА

В октябре мы прокатились на Волгу: общение удалось на славу, противоречия сгладились, послевкусие от алданского путешествия почти исчезло. Водка делает с людьми чудеса. Я снова обнаружил рядом надёжного компаньона и замыслил проект на десяток лет вперёд. По моим соображениям, после Лены, мы должны были пройти все значимые реки Крайнего Севера и Дальнего Востока.

Будущий цикл документальных фильмов я назвал «Главные реки России». Хороший журналист написал бы здесь что-то вроде «он приступил к делу всей своей жизни». Но, я скорее плохой писатель, поэтому завершу эту часть повествования очередным саундбайтом:

Дальнейшее можно трактовать почти произвольно, а можно не трактовать никак, рассуждая о реинкарнации, гении места, мистике <…> пейзажа и о других столь же утонченных вещах, которые все окажутся вполне кстати.

Андрей Плахов


 

 

 

 

ЛЕНА 2014 — год спустя (часть первая)

Ровно год назад, 12 июня 2014 года финишировала экспедиция «ЛЕНА 2014» — «главное путешествие года», как по привычке, я назвал её в одном из анонсов. Из десятков моих путешествий, это стало единственным в своём роде: я впервые сошёл с дистанции, не дотянув до финиша.

По возвращении, мои друзья и близкие не задавали лишних вопросов, догадываясь, что произошло нечто из ряда вон выходящее. Но, разумеется, все хотели узнать…

Обещанный рассказ о моих приключениях — а я сразу пообещал, что он будет, рано или поздно — публикуется здесь и сейчас. Попыток было уже несколько, но всякий раз они казались мне излишне эмоциональными. Не вполне очищенными от вздора. Сейчас, похоже, пора.

Самой сложной задачей, в такого рода дневниках, представляется сохранение объективности. Время здесь лучший ассистент и мы с ним попробуем.

В этом тексте вы заметите непривычно много «я». Обычно, у меня всюду «мы». Но, такая вышла история — о путешествии отдельного человека, «чужого среди своих».

Кроме того, обещаю максимум «бытовухи»: среди моих читателей есть те, кого могу назвать последователями и, даже, учениками. Для вас, ребята, это будет иллюстрированным пособием: как собирать группу для сложного маршрута, на что обращать внимание и чего избегать.

Неистребимая склонность к эстетике, заставляет меня подыскать красивую фразу какого-нибудь великого человека, для пущей важности. Пусть эпиграф будет таким:

Лучшее лекарство от мужского бесплодия
— пантокрин из собственных рогов. 
С.Ш.


Пролог

Лена возникала в мечтах регулярно. Озвучил я этот неподъёмный проект впервые в октябре: мы сидели среди залежей пластикового мусора, в сточной яме центральной России, пытаясь снять кино про рыбалку, изначально обречённое на провал. В 25 минут следовало вместить рекламу двух моторов, двух лодок, а также снять зрелищную добычу трофейной рыбы и не допустить в фильме никаких намёков на рекламу — иначе, не поставят в эфир известного федерального телеканала.

ART_7518

Фото здесь и далее Артура Лаутеншлегера

Группа прониклась непростым замыслом и мы честно пропили неделю, «творчески» наловив почти два центнера рыбы. Заодно, слепили что могли, из отснятого «с бодуна» материала: ролик для производителя лодок «Фрегат» и ролик для компании «Сумеко». Последняя стала нашим «счастливым билетом» на Лену, но об этом позже.

Джон Нэш, незадолго до смерти, сказал: «Задача решена в тот момент, когда поставлена». В этом смысле, поездка на Волгу оказалась для меня ключевой. Я решил две задачи:

1. ввёл в группу человека, которого мне сильно не хватало в крайних маршрутах;
2. запустил проект «Лена 2014».

Первое событие выглядит сейчас заурядным — подумаешь, одним больше, одним меньше — и с такой оценкой можно было бы согласиться, если бы я искал носильщика. Но, мне требовался второй оператор, ассистент и фотограф. Ещё в августе, на Алдане, я чётко усвоил: есть некий предельный объём производительности, больше которого человек выполнить не в состоянии. И вот почему…

Вкратце, мои экспедиции выглядят так.

1. До старта:

— придумать идею;
— пройти маршрут виртуально;
— собрать и «притереть» группу;
— анонсировать проект (видео, фото, тексты, постеры);
— мотивировать потенциальных участников;
— убедить утверждённых участников в необходимости потерь времени и денег;
— придумать десяток оригинальных пресс-релизов;
— отвечать на все вопросы заинтересованных лиц, в соцсетях и по электронной почте;
— рекламировать происходящее non-stop, на десятке сайтов
— найти максимум информации по маршруту.

2. Со старта:

— выйти на старт на максимуме физической формы;
— держать в голове сценарий фильма;
— на ходу придумывать оригинальные сцены;
— выискивать сюжеты и реплики непрерывно 24\7;
— вычислять, где будет солнце с утра и как ляжет свет вечером;
— снимать всё, что возможно, физически;
— каждый вечер резервировать снятое;
— составлять и передавать сводки на «материк»;
— контролировать зарядку для всех девайсов;
— определять ключевые локации на следующий день;
— рассчитывать размещение съёмочной техники, на каждый день, в зависимости от локаций;
— корректировать сценарий фильма, в зависимости от складывающихся реалий;
— параллельно, снимать обязательные рекламные сюжеты;
— там, где есть сеть, выгружать на сайты фото и видео, по ночам или на дневках;
— видеть ключевые, для фильма, события;
— фотографировать всё.

3. После финиша:

— обработать материал (не передать, как много в этих словах);
— опубликовать отчёты, оригинальные для каждого партнера;
— каталогизировать, опубликовать и подписать отобранные фотографии;
— для каждого партнера сделать рекламные ролики, определённые договором;
— сделать итоговый документальный фильм, с учётом интересов всех сторон;
— выслушать замечания партнеров и всё исправить;
— отвечать на вопросы читателей, бессрочно.

Никогда бы не задумался о содержании подобного списка, если бы не экспедиция по Алдану, тринадцатого года. Там я впервые не справился с нагрузкой, физически. Оказалось, реклама четырёх лодок и четырёх моторов (Эвинруд, Меркьюри, Тохатсу, Хонда), вкупе со съёмками фильма и радикальным изменением маршрута на ходу — одному человек непосильна. Никто из моих коллег так не делает. Никто в стране так не работает. Подобные задачи решают отраслевые студии или телевизионные корпорации.

И я позвал Артура…