ЛЕНА 2014 — год спустя (часть пятая)

СТАРТ

Готовя масштабную экспедицию, выбирайте для предстартовой пресс-конференции 2 мая. Журналисты массово уходят в короткий отпуск. Не самые везучие из них, работают первого числа на городских площадях и отдыхают второго мая. Самые невезучие, гнобимые начальством, работают на Первомай в городе, а на второе число выпрашивают командировку за город, лишь бы сбежать. Поэтому, на «прессуху» приходят два репортёра. Два! В городе с миллионом жителей и полусотней СМИ.

Артур, Фриз и я ехали в Иркутск поездом. Я решил использовать этот способ прибытия в Сибирь, по нескольким причинам. Самые важные:

  • требовалось выспаться;
  • не спеша подумать о будущем фильме и настроиться на работу — поймать ритм, уловить атмосферу, найти настроение.

Краснодарский край провожал нас летним зноем. Напряжённые полицейские, предположительно проглотившие шпалу, запрещали снимать на вокзале, чтобы не было взрыва. Гора багажа на перроне заставляла вновь и вновь вспоминать о расценках авиаперевозчиков — и от этого «настроение моё улучшилось». Так началась наша дорога к морю Лаптевых.

Армавир, железнодорожный вокзал
2 мая 2014 года

Сейчас, те пять суток в народном «плацкарте» вспоминаются как самая романтичная часть путешествия. Нам попались на редкость адекватные соседи-узбеки. За окном сменялись удивительные пейзажи. Мы обсудили детали, на которые не хватало времени дома. Я окончательно уверился в том, что буду снимать большой сериал, из расчёта «ходовые сутки — серия». А также, продумал запасные варианты сюжетных линий.

Пожалуй, не хватало только душевой кабины. Как оказалось, в подобных поездах они отсутствуют как класс, даже в купейных вагонах. На мой вопрос проводникам, как они решают проблемы личной гигиены, те загадочно пожимали плечами. Поэтому, на продолжительных стоянках я носился на вокзалы и мылся там, за деньги, в бизнес-залах. Мои медлительные коллеги импровизировали с бутылками, не покидая вагона. В общем, шёл двадцать первый век и мы развлекались, как могли.

Дмитрий Фриз за приготовлением салата
в поезде «Минеральные Воды — Иркутск»
4 мая 2014 года

В какой-то мере, нам повезло с электричеством: ноутбук оказался разряженным, розетка на 220 вольт нашлась только у проводников и не заряжала девайс, по причине нехватки мощности. Телефоны (кроме одного) тоже не заряжались, поэтому в приятных разговорах, мыслях, планах мы неспешно провели время до самого Иркутска — изредка передавая весёлые отчёты «на большую землю».

https://www.razbushlat.ru/wp-content/uploads/2015/07/050312351500.amr_.mp3?_=1

На подъездах к Иркутской области за окнами стал всё чаще появляться снег. Иркутск встречал небольшой метелью. Аномально ранняя весна превратилась в аномальное похолодание. Прозвенел по-настоящему тревожный звонок.

Иркутск, железнодорожный вокзал
7 мая 2014 года

В 10 часов утра, 8 мая, группа провела пресс-конференцию в восточно-сибирском представительстве издания «Аргументы и факты», в составе пяти человек. Андрей не успевал прилететь и мы заранее договорились, что встреча с журналистами пройдёт без него. Через полчаса после начала, он материализовался в зале. По окончании общения с прессой, в коридоре, я получил от него замечание: решил подвинуть меня? — спросил он, как бы в шутку.

Следующие два дня мы готовили лодки к выходу на воду, в местном яхт-клубе: пилили, строгали, крутили, паяли. Больше всего затруднений возникло с электропроводкой и дополнительными потребителями.

Почему-то, самым обсуждаемым событием, в эти дни, стал мой отказ от спиртного. Вечером, сидя в нашем временном пристанище, участники группы формулировали экспертные выводы на предмет того, пить или не пить; Артур, в творческом порыве, снимал вертикальное видео; а я резервировал снятое днём и понимал, что вечерних разговоров о том, как прошёл день и обсуждения планов на завтра, у костра — не будет.

Село Хомутово, Иркутский район, Иркутская область
7 мая 2014 года

Люди искренне не замечали, что быстро пьянеют; что их веселье за рюмкой неинтересно для зрителя; что речь несвязна, а диалоги деградируют в «базар» уже на третьей «писяшечке». Печально, но не смертельно. Ничего нового для человека, который почти десять лет снимал внедорожные соревнования.

— Исправлять тут нечего, будем подстраиваться, — решил я, чтобы в очередной раз не переделывать мир.

Сильных фраз не будет, диалогов не ждём, сериал будем вытаскивать авторским текстом. В крайнем случае, на день достаточно и 12 минут конечного видео. А серия будет состоять из двух ходовых дней. Главное, выйти на воду — такими уговорами я удерживал ускользающее вдохновение, отчётливо понимая, что идея сериала едва реализуема. Тем не менее, удачная съёмка на истоке могла бы поменять всё. Там предстояла нешуточная борьба и сюжет вырисовывался эксклюзивный.

9 мая, после полудня, группа начала спуск на воду. Незаметно, обсуждение возможной сдвижки сроков свернулось до предположений вида «а как же на исток!? …» — и коллектив углубился в выполнение срочных задач. Оказалось, что ждать радикальной смены погоды в Иркутске «слишком накладно и вообще, снег растаял, значит всё получится». Свою роль, также, сыграла советская традиция «прикручивать» планы народа к планам партии. То есть, к календарным праздникам. Стало ясно, что акценты смещаются.  Гарантии превращались в гипотезы. Происходило это исподволь, шаг за шагом…

20 апреля 2014 года, во время предстартовой встречи в Краснодаре, я получил от Андрея два обещания, которые считал значимыми, для успешной реализации проекта.

Второе обещание касалось финансов и к нему мы ещё вернёмся. А первое — мы ставим самый мощный мотор, «шестидесятку», на самую тяжёлую лодку, «Жёлтую Акулу», которую поведёт экипаж Алексея и Димы Олейника.

Только так мы могли немного уравнять скорости судов на воде и осадить прыть «Беркута». В тринадцатом году наши экипажи неоднократно теряли друг друга на Алдане и никакие уговоры на Андрея не действовали: всегда находились причины для того, чтобы уехать вперёд. Конечно, разница в десять «лошадей» не решала проблему радикально, но свою роль сыграла бы. Потерять друг друга в ленских протоках можно навсегда.

Я настаивал и готовился к нервной дискуссии, там, в Краснодаре. Тем удивительнее, что Андрей моментально согласился. Также легко, как и забыл о своём обещании в Иркутске. Попытка обсудить вопрос наткнулась на категорическое непонимание. Слова обесценивались и это ощущалось почти физически, словно я попал в эпицентр «чёрного вторника»…

Иркутск, 8 мая 2014 года.

Спуск к воде мы нашли рядом с яхт-клубом. Лодки перевозили на небольшом грузовичке с манипулятором, по очереди. Когда два судна уже стояли на воде, а третье висело на стропах, из близлежащего катера выбрался человек, вся осанка которого сообщала о его непростой биографии. Он вдохновенно и нецитируемо сказал, что нам надо убрать свои лодки назад, откуда мы их привезли. А также добавил, что спуск этот его, и если нужны проблемы, то они будут.

Первопрохождение Лены оказалось под угрозой срыва. В бизнес-плане экспедиционной группы «Разбушлат» этого иркутского Аль-Капоне не предусматривалось. Мега-проект рушился. Наш «решальщик» немедленно вступил в диалог с «хозяином Ангары». Остальные наблюдали. Я втайне надеялся, что заметно пьяненький дядька свалится с пирса в воду и не останавливал съёмку.

Дело быстро дошло до точки кипения. Представитель сибирских гангстеров потребовал назвать, кого «из людей» мы знаем. Андрей начал перечислять авторитетных знакомых, имена которых собеседника не впечатлили. Вот-вот на пирсе могли появиться смотрящие по Сибири, Чукотке и Заполярью — Петруха Косой, Колёк Майонез и Лёха с Берелёха. Пришлось выключить камеру.

Андрей уступил мне место за столом переговоров, мы перекинулись с иркутянином парой фраз и он дал «добро» на выход из порта Иркутск. В 18 часов, караван из трёх лодок двинулся по Ангаре. Старт получился скомканным. Но, если бы это осталось самой большой проблемой…